чувство патриотизма

Сен 8, 2013 | Рубрики Вестник

Но если чувство патриотизма передового офицерства не кануло в Лету вместе с окончанием Отечественной войны, то прежде всего в силу оплодотворения этого чувства опытом передового Запада. «Происшествия 1812, 13, 14 и 15 года, — свидетельствует Н. И. Тургенев,— сблизили нас с Европою; мы, по крайней мере многие из нас, увидели цель жизни народов, цель существования государств; и никакая человеческая сила не может уже обратить нас вспять» 12. В этом смысле декабристский «преобразовательный» патриотизм явно выделяется из более широкого общенационального патриотизма, охватившего в эпоху 1812 г. широчайшие слои русского народа, дошедшего до крестьянских «низов», но пошедшего в этих «низах» по нисходящей линии, не переросшего в антифеодальную борьбу.

Совершенно неоспоримо существенное влияние российских условий на выработку организационных форм декабристского движения. Но известны факты широкого использования декабристами в 1816—1821 гг. масонской— отнюдь не только российской — конспирации. Отмечены попытки копирования в те же годы декабристами структуры прусского «Тугендбунда», тесные контакты с греческой организацией «Филики Этерия», влияние на декабризм французского, итальянского карбона-ризма, испанских военных организаций. В общем и целом «тайные политические союзы» были типичным для Европы начала XIX в. образованием. «Народы, обманутые в своих ожиданиях правительствами, — писал Михаил Фонвизин, — прибегали против их явных угнетений к средствам сокровенным».

Общеевропейской, во многом обусловленной прямым воздействием революционного Запада была и тактика декабризма. Правда, на уровне Союза спасения она вообще не обретает определенных черт. Союз благоденствия в своей легальной деятельности (по крайней мере до 1820 г.) копирует некоторые черты «Тугендбунда». К тактике «военной революции» декабристы безусловно шли самостоятельным путем, ее активнейшим поборником был с 1819 г. М. Ф. Орлов. Но несомненно, что принятие декабристами в конце концов действия «посредством войск» резко стимулировало революционные события в Испании, Италии, Португалии в начале 20-х гг.