Совнарком

Май 13, 2013 | Рубрики Вестник

Совнаркома от 17 января 1920 года смертная казнь в стране отменялась. Но тогда как же, по какому праву отнимались жизни у тысяч людей, большинство из которых вряд ли можно серьезно рассматривать как врагов народа? А очень просто: 4 ноября 1920 года ревтрибуналам и чрезвычайным комиссиям предоставлялось право исполнять приговоры «до расстрела включительно» там, где было объявлено военное положение. В Кронштадте и Петрограде оно было объявлено с начала мятежа.

Расстреливали в Кронштадте, расстреливали, вполне очевидно, по пути эшелонов с матросами на юг. Причем самое активное участие в расправе над мятежниками принял главный комиссар Морских сил Республики И.Д.Сладков, уже имевший опыт проведения массовых расстрелов сдавшихся в плен врангелевцев и членов их семей. Стреляли в Крыму и отставных офицеров, даже глубоких стариков.

Николай Николаевич Кузьмин в этих кровавых расправах непосредственного участия не принимал, хотя имел на сей счет свое мнение: каждый должен получить по заслугам. Врагов революции это касалось в первую очередь.

Кузьмин присутствовал 24 марта на гражданской панихиде и похоронах погибших участников подавления Кронштадтского мятежа. Он произнес скорбную траурную речь, заклеймив тех, кто поднял оружие против Советской власти. У него, большевика с большим подпольным стажем, как и у многих людей того поколения, тогда еще не возникли сомнения в правильности путей и средств, которые использует партия в борьбе за власть. Это придет совсем скоро, но тогда, в Кронштадте, он был твердо уверен, что Советская власть обязана «вставать к врагу железа тверже».