Только Хофбауэр

Апр 4, 2013 | Рубрики Вестник

Только Хофбауэр рассказал мне это, как, словно по уговору, в комнату вошел Ковач. Узнав, кто я такой, он обрадовался.

— Наконец-то я вижу живого венгерского коммуниста! — сказал он, крепко пожимая мне руку. — Я ведь тоже коммунист, хотя и не являюсь членом партии. Но ведь дело совсем не в бумажке.

Ковач рассказал, что до войны работал официантом в Сегеде, в шестнадцатом году попал в плен. В восемнадцатом добровольно вступил в интернациональный отряд и принимал участие не в одном бою. После прихода белых несколько месяцев сидел за решеткой. Сейчас работает агентом по снабжению в Управлении дальневосточной кооперации. По долгу службы’часто ездит в Харбин за получением товаров.

— Ну, раз вы считаете себя коммунистом, тогда что же вас удерживает от вступления в партию? — поинтересовался я.

— Сейчас объясню. И по идеологическим, и по политическим вопросам я полностью с вами согласен, но дело в том, что я свое уже отстрадал и теперь хочу спокойно пожить. Если нужно будет снова браться за оружие, не беспокойтесь, я снова пойду в армию и буду сражаться, но, вступив в партию, я должен буду ходить на бесконечные семинары, собрания и заседания, это значит ни минуты свободного времени. Мне это. не нравится. Я работаю на Советы, на коммунистов, и вы в любой момент можете на меня рассчитывать, однако я люблю спокойную жизнь.

В этот момент Антонина Ивановна сказала, что чай готов, и пригласила нас к столу. Ковач отказался, сославшись на то, что у него есть работа.